Покупка Прямого — самострел политтехнологов Порошенко

Против канала Порошенко никто не собирался вводить санкций. Пятому президенту нужен был громкий информационный повод, чтобы напомнить о себе.

Порошенко
Петр Порошенко официально купил телеканал Прямой, который ранее с ним ассоциировали / УНИАН

18 февраля Петр Порошенко официально приобрел телеканал Прямой у бывшего главы Киевской городской государственной администрации Владимира Макеенко, мотивируя покупку возможным введением санкций СНБО против медиаресурса и его владельца.

Впрочем, в санкциях против канала Порошенко, если бы и они были введены, есть логика, так как в таком случае Зеленский, закрыв ранее каналы Медведчука, мог бы ударить по противоположному флангу. Но так как юридической базы и никаких действий в отношении канала не предпринималось, все указывает на то, что его канал изначально никто не собирался трогать. Тем более, что вариант санкций был дезавуирован сразу, ведь в Офисе президента не предъявляли к нему претензий в части нарративов российской пропаганды.

Все гораздо проще и больше похоже на информационный самострел политтехнологов самого Порошенко – на это указывают патетически-драматические нотки в словах Порошенко о нужде потратить миллионы на канал вместо благотворительности и о встрече с послами G7. То есть, вся эта художественная самодеятельность как раз рассчитана на то, чтобы придать Порошенко имидж жертв политических гонений (ведь жертв, преследуемых властью, у нас всегда любят) и, даже если потом окажется что санкций не было, заявить о том, что Зеленский испугался международного давления и отступил.

Но никто не обращает внимания на другое – на то, что Порошенко все годы своего президентства прятал свою собственность в офшоре в лице экс-зампредседателя Партии Регионов. Ведь все и так знают, что телеканал Прямой и раньше принадлежал Порошенко.

Потому постановка с перекладываем канала из одного кармана в другой – не более, чем удобный информационный повод. А он пятому президенту нужен, ведь все происходящее вытесняет его из повестки дня и выдавливает его в секторальную нишу националистического электората, тем самым лишая его серьезных политических перспектив.